Нефть и газ

Профессор Игорь Липсиц: Мазутная пробка способна угробить нефтедобычу в России

Профессор Игорь Липсиц

Итог 2022 года — Россия теряет экономический суверенитет. Страна, крупнейший экспортер ресурсов, сама уже не решает, кому, что и по какой цене продавать. В 2023 году из-за обвала экспорта дефицит госказны может составить не 2,9 трлн рублей, а 16%. Это страшная «дыра», которая приведет к наращиванию госдолга.

Екатерина Максимова

Профессор, доктор экономических наук Игорь Липсиц в интервью «Новым Известиям» оценил масштаб экспортных потерь страны, назвал «туманом» расширение газовой дружбы с Китаем (Си Цзиньпин кивает, но денег не дает). Объяснил, как Россия уже «проедает» бюджеты будущих лет. Придется ли Минфину забирать деньги у пенсионеров, а россиянам — сообща и напрямую оплачивать долги государства, как это было в Советском Союзе.

-На днях ожидается указ президента — ответ России на решение о введении максимальной закупочной цены для российской нефти. Вице-премьер Александр Новак уже высказался: Россия не будет поставлять нефть по контрактам с «потолком цен». Однако представители нефтяной отрасли анонимно, но называют такой ответ властей «субъективным, эмоциональным», решением «одного человека». Такого разлада мы еще не наблюдали… Вы тоже так думаете?

-Конечно, я согласен с нефтяниками, что решение правительства больше эмоциональное, политическое, демонстрационно-пропагандистское, но не рационально-экономическое.

Если не экспортировать нефть, то ее не надо и добывать, то есть надо останавливать скважины, глушить их. А это значит, что потом ты эту скважину вряд ли уже введешь в эксплуатацию. Это уже будут огромные проблемы и расходы. То есть правительство эмоционально говорит: «Нет, экспортировать не будем», а платить за это будет целая отрасль. Поэтому нефтяники, конечно, оптимизма Новака не разделяют. Они-то как профессионалы знают, что закрытие нефтяной скважины стоит очень дорого: ее нужно забетонировать на большую глубину с использованием сложных технологий и специального оборудования. После этого – если нефть будет нужна вновь – эту скважину придется практически бурить заново. Затраты представляете?

Ситуация становится очень тревожной. Нельзя не учитывать, что у нефтяных компаний огромные постоянные (накладные) затраты, включая расходы на геологоразведку. Их надо возмещать за счет продажи большого объема нефти. А если такого объема продаж нет, то как возместить свои затраты?

Поэтому есть уже угроза, что российские нефтедобытчики будут терять сначала объемы экспорта, потом — прибыль, а затем скатятся в убытки.

Это не «страшилки». Как заявил замглавы Минэнерго Павел Сорокин в рамках дискуссионного клуба «Валдай»: «Если стоимость нефти составит 50-60 долларов за баррель, производство станет убыточным».

Поэтому российские нефтяники изо всех сил будут стараться продавать. Будут продавать почти уже даже без прибыли, лишь бы хоть как-то поддерживать свои обороты и покрывать свои расходы за счет рублевой выручки, полученной при конвертации валюты.

-А не серьезнее проблема — не как, а кому продавать? Покупателей российской нефти на мировой арене почти не осталось.

-Да, у России очень сильно сократился круг покупателей. Осталось всего четыре страны: Индия, Китай (это святое), немножко берут Турция и завод в Болгарии. От огромного мирового рынка осталось четыре импортера! И за них, конечно, российские нефтяники будут держаться всеми силами, чтобы совсем не убить свои компании.

— Появится указ президента — не продавать и точка. И что тогда? Мир испугается?

-Поймите простую вещь: мы наказываем такими решениями не только зарубежных покупателей. Мы наказываем и себя.Чтобы понять варианты развития событий, давайте попробуем представить — что произойдет на мировом рынке в случае строгого соблюдения российскими нефтяниками запрета продавать нефть по ценам ниже потолка?

Допустим, что мировой рынок на это отреагирует нервно и цены на нефть существенно возрастут. Вы полагаете, что ОПЕК этому обрадуется? Ни в малейшей степени. Потому что, если резко повышается цена нефти, то и резко активизируются сланцевые компании США, о которых мы уже подзабыли (сланцевая нефть сейчас не в самом активном состоянии). Кроме того, станет выгодной добыча на дорогих месторождениях, которые пока особо не разрабатываются. Скажем, в Казахстане, в Анголе, в Таиланде и других странах.

Основным нефтедобывающим странам – картелю ОПЕК+ — это не выгодно. Цель – не выбивание максимальной цены из стран-покупателей, а поддержание на рынке нефти ее стабильной цены в диапазоне 70-80 долларов за баррель. ОПЕК все время балансирует объемами добычи, чтобы нефть была не слишком дорогая и не слишком дешевая. Поэтому, если действия России породят ситуацию повышения цен, то ОПЕК вынуждена будет наращивать добычу, чтобы стабилизировать цену и не допустить ее существенного повышения надолго.

Это опасно – так можно доиграться до глубокого мирового экономического кризиса, в силу которого спрос на нефть и соответственно ее цена упадут, оставив страны ОПЕК без доходов. Вот и всё.

Ведь все крупнейшие поставщики «черного золота» зависят от экспортных доходов не слабее, чем Россия, а иногда даже больше. Скажем, в Саудовской Аравии нефть обеспечивает 75% доходов государственного бюджета, а государственный долг составляет 262 млрд долл (7,5 тыс. долларов на каждого жителя). Падение нефтедоходов из-за порожденного мировым экономическим кризисом падения спроса на этот ресурс, а потом и цены нефти, в таких условиях смерти подобно. Поэтому если маневры России породят существенное и потому опасное для всех членов ОПЕК повышение цен, они в ответ просто начнут увеличивать добычу.

-Новак говорил, что допускает небольшое снижение объемов добычи нефти в 2023 году. Теперь он высказался конкретнее: добыча снизится на 5-7%. Это минус 500-700 тыс баррелей в сутки. Серьезная цифра для отрасли?

-Если помните, несколько месяцев назад было опубликовано довольно резкое заявление тогдашнего вице-президента Лукойла Иосифа Бакалейника, который предлагал сократить извлечение нефти в России на 20-30%. Дескать, оставим ее в недрах до лучших времен! Это уже просто, что называется, акт отчаяния, конечно, страшного отчаяния.

Но что мы только о нефти как таковой! На горизонте еще одна весьма серьезная проблема: эмбарго на экспорт нефтепродуктов. Через полтора месяца запрет вступит в силу. И здесь ситуация упирается в большую отсталость отечественной промышленности.

Проблема состоит прежде всего в мазуте. При переработке нефти в бензин на выходе обязательно получается мазут. И раньше мы его хорошо продавали за рубеж — исторически экспортировалось около 80% производимого мазута. Востребованное, например, топливо для судов. Сейчас же у нас мазут перестанут покупать, а нам его девать просто некуда.

Теперь уже бывший глава «Лукойла» Вагит Алекперов жаловался, что из-за санкций хранилища мазута уже переполнены и это может привести к остановке НПЗ.

При этом ситуация такова, что, насколько я смог разобраться, в России существует одно-единственное предприятие, которое может перерабатывать нефть, не производя мазут — Антипинский нефтеперерабатывающий завод. То есть там такая глубокая переработка.

Один единственный безмазутный нефтеперерабатывающий завод на всю Россию! Все остальные работают по старой технологии – с выходов мазута. Хранилищ для мазута мало, и получается, что скоро нефтяные компании не смогут даже бензин производить, потому что побочный продукт этого процесса – мазут — девать будет некуда.

То есть возникает, я бы так сказал, «мазутная пробка», с которой мы не знаем что делать.

-На Восток не переориентировать?

-Индия и Китай — они сами производят нефтепродукты. Прирост, который мы имели по нефти в 2022 году, был связан как раз с этим: они у нас покупали нефть на переработку и экспортировали нефтепродукты. Нефтепродукты из России импортерам с Востока просто не нужны. А западные импортеры отказываются от поставок из России по политическим причинам.

-Чем и пользуются Китай, Индия, Турция — они сейчас явно просто выкручивают руки российским экспортерам, требуя поставок нефти с дисконтом.

-Да, реально Россия сейчас теряет экономический суверенитет.

Страшные слова, но это ровно так и выглядит. Уже не мы сами решаем — кому и что продавать. И даже почем.

Вот такая возникает у нас безрадостная новая экономическая реальность. И это, конечно, угрожает в будущем российской экономике очень существенно.

-Глава Минфина Антон Силуанов подтвердил, что по итогам 2022 года года вместо запланированного профицита (более 1,3 трлн рублей) дефицит госбюджета составит 2% ВВП, потому что в конце года будут значительные бюджетные расходы — более 5,5 трлн рублей за месяц.

-А в 2023 году ситуация, видимо, будет еще тревожнее. Дефицит Минфин запланировал на уровне 2,9 трлн рублей. Но уже сейчас становится понятно, что, скорее всего, перевалит за 5 триллионов (а это уже 16% всего федерального бюджета).

И это, конечно, большая беда.

Такой большой и быстро растущий дефицит уже заставляет Минфин очень много одалживать, продавая облигации. Причем облигации он продает дорогие, с плавающей ставкой, и значит наращивает стоимость обслуживания государственного долга из доходов будущих лет.

Проще говоря, мы проедаем бюджет будущих лет, «залезаем в карман» нашим детям. Сегодня складывается ситуация, когда, возможно, многие годы и, возможно, даже несколько поколений россиян, будут платить за то, что происходит сейчас. Деньги из бюджета будут идти не на медицину, не на образование, не на повышение пенсий, не на улучшение помощи многодетным семьям, а на погашение государственного долга, который сейчас быстро нарастает.

Вот что происходит сейчас в России.

-Но пока же Минфин размещает ОФЗ без проблем – банки их охотно покупают. И что в этом плохого?

-Банки покупают ОФЗ у Минфина за счет средств, которые им одалживает Центробанк России. И что это означает? Что реально Центробанк делает то, что ему прямо запрещено законом – поддерживает Минфин своими средствами. Что в экономику входят деньги, за которыми нет никакого прироста товарной массы. И это значит, что начинается разрушение рынка.

В конце концов, Центробанк тоже не может бесконечно давать. И смотрите, уже регулятор устами Набиуллиной аккуратно заявил, что поскольку «по бюджетному каналу поступление денег растет, то для обеспечения ценовой стабильности может потребоваться сдерживание притока по кредитному каналу, поэтому при прочих равных более мягкая денежно-кредитная политика означает более высокий уровень процентных ставок».

Проще говоря, раз правительство из-за СВО истерически вкачивает в экономику ничем не обеспеченные деньги, то Центробанку придется повышать ставки по кредитам, чтобы предотвратить быстрый рост цен из-за переполнения экономики деньгами.

А это значит, что последует удорожание кредитов и российский бизнес, попав в мир дорогих денег, начнет сжиматься и увольнять людей. А как иначе? Если у вас очень дорогой кредит, то вы ничего не можете сделать. У вас тогда возникают проблемы в целом ряде отраслей, потому что просто нет кредитного ресурса не то, что на рост производства, но и на его поддержание в прежнем объеме.

«Тришкин кафтан» — вот что такое сегодня экономика России: рвется в одном месте, правительство тут латает, но берет для этого ткань из другого места, где естественно образуется следующая дыра.

— Ставки по кредитам повысятся же не только для бизнеса?

-Сначала для бизнеса, потом, вероятно, подорожает и потребительское кредитование. А что делать? Нельзя с экономикой так обращаться. Экономика – очень сложная система, ее с трудом балансируют, с трудом настраивают.

Скажем, в прошлом году бюджет РФ был запланирован с профицитом – доходы были больше расходов на 1,3 трлн рублей. Спокойно было. Экономика восстанавливалась после ковида и с бюджетом было хорошо. А в этом году экономика – без влияния ковида — падает, да и бюджет к концу года развалился. Вон за неделю до конца года вдруг срочно решили переутвердить госбюджет уходящего года, увеличив в нем сумму разрешенных расходов сразу на 2 триллиона рублей. Это — не норма. Но если в стране одновременно и валовый продукт (особенно в гражданских отраслях) падает, и доходы населения сокращаются, и бюджет дефицитный, то что мы можем сказать о состоянии экономики здесь?

-Что поток нефтедолларов в 2023 году сократится — подтверждают все, но есть разные прогнозы относительно объемов падения. Вплоть до потери 30% экспортных доходов.

— Доходы от экспорта нефти точно сократятся, а нефть, конечно, один из главных сырьевых товаров, который мы экспортировали. Европейский рынок газа потерян. Теперь мы потеряли доходы по почти всему экспорту черных металлов. Даже не только потому, что объемы сильно сократились, но и цены упали. Мы там уже мало получаем прибыли. Уже были факты, когда черные металлы экспортировали в убыток, лишь бы хоть как-то получить возмещение затрат и не останавливать оборудование на предприятиях (тут как у нефтяников – доменную печь просто так не выключишь, это процесс долгий и затратный).

У нас, как вы знаете, из-за санкций крайне затруднен экспорт золота – а он давал России в прошлом более $15,5 млрд в год и это была вторая по продажам статья российского экспорта после энергоресурсов. Начинаются проблемы с алмазами — «Алроса» находится под санкциями США и Великобритании. Даже по цветным металлам, в частности, по титану, есть проблемы. Лес из России и то в Европу перестали вывозить. Питерцы пишут, что у них мосты начали раньше закрывать по ночам: нет необходимости пропускать вереницы кораблей с лесом.

Конечно, ситуация обвала экспорта возрастает, а это, как ни крути, угроза для всего бюджета Российской Федерации, доходы которого почти на 60% формировались именно из этого источника. Остаются только минеральные удобрения, пшеница… Маловато будет.

-Перспективы «разворота на Восток» не спасут? У Газпрома, например, появилась новая любимая тема — отчеты о рекордных поставках по «Силе Сибири». Еще один газопровод в Китай планируют протянуть. Да, объемы экспорта не сопоставимы с европейскими, но все же экспорт.

-Никакой второй «Силы Сибири»не будет. Это всё пустые разговоры. Заявления, протоколы о намерениях, а денег на строительство нет.

Предполагалось же, что инвестиции на эту стройку даст Китай. Как и при строительстве «Силы Сибири» – тогда Китай одолжил существенную долю средств, а Газпром построил и теперь расплачивается поставками газа. То есть, насколько можно судить, чистого дохода там немного – строили не для выгоды. «В данном случае речь идет не об инвестициях в проект, которые должны в последующем окупиться…», — заявил на заседании Госдумы еще 24 апреля 2015 года замминистра энергетики Юрий Сентюрин.

То есть газовое соглашение с Китаем имело явно политический характер, а конкретная цена газа (как и формула расчета цены) не раскрывалась, было лишь сказано, что она привязана к цене на нефть. Так что сейчас, когда цена российской нефти падает, дешевле должен быть и газ, который Россия бодро качает в Китай.

А на второй газопровод никаких финансов не выделили. Разговоры идут, Си Цзиньпин кивает головой, но денег не дает. Поэтому «Сила Сибири-2» – это пока всё больше разговоры, чем дела. Чиновники обещают, все рисуют красивые картинки, а денег нет, и поэтому там пока туман, туман….

-Эксперты нефтяного рынка полагают, что первые месяцы 2023 года будут для нефтедобытчиков очень сложным периодом, гарантирован резкий спад экспорта, но когда нефтянка решит проблемы с флотом, страхованием грузов, то ситуация нормализуется.

-Кто знает, что у них получится? Есть информация, что Россия срочно купила 109 старых танкеров, чтобы самой возить нефть оставшимся покупателям. Но если с этим «Броском на Восток» будут трудности, тогда Россию, повторюсь, в 2023 году ждет обвал доходов от экспорта нефти и нефтепродуктов. И соответственно — страшная «дыра» в бюджете, которую непонятно как закрыть.

Если уже сейчас вырисовывается, как я говорил, дефицит бюджета в 2023 году не менее 5 триллионов (одной шестой необходимых расходов), то коли еще вдобавок и экспортные доходы упадут больше, чем надеялся Минфин (процентов на 30, скажем), то в государственных финансах (а это источник и госзаказов, и всех социальных расходов в стране) будет совсем невеселая картина.

Денег в таких объемах никакой Центробанк не даст, значит придется в огромных объемах выпускать облигации. Минфин же заявил, что именно выпуск облигаций будет основным источником покрытия дефицита.

-Тогда уже облигации придется выкупать не банкам, а россиянам? Но коли 40% трудоспособного населения работает в госсекторе, то проблем с «обязаловкой» не возникнет.

-Истины ради надо сказать, что Минфин может, конечно, для затыкания дыры в бюджете одалживать меньше и потратить до последнего рубля весь Фонд национального благосостояния.

Но это – опасный вариант и его боится сам Минфин. ФНБ же — это запас денег для поддержки Пенсионного фонда, а подкосить пенсионеров, создать проблемы с выплатой пенсий правительству страшновато, но уже по чисто политическим мотивам.

И если ФНБ решат хоть в половинном размере сохранить (а пока Минфин в таком клянется), вот тогда — да.

Придется срочно «побуждать» население покупать облигации ОФЗ за счет своих сбережений в банках. Но это – нехорошая история, тоже опасная политически. Помните, наверное, из учебника истории, что в Советском Союзе были «займы восстановления народного хозяйства»? А я помню это как сюжет из жизни моей семьи. Помню, как плакала моя мама, когда отца заставляли подписываться на покупку на сумму не одной, а двух месячных зарплат в год. Так вот, мы подходим к этой модели все ближе.

Источник

Нажмите, чтобы оценить эту статью!
[Итого: 0 Средняя: 0]

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»