Нефть и газ

«Всё, нет на мировом нефтяном рынке России»

Ирина Тумакова 18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БОРУХОВИЧ (ТУМАКОВОЙ) ИРИНОЙ ГРИГОРЬЕВНОЙ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БОРУХОВИЧ (ТУМАКОВОЙ) ИРИНЫ ГРИГОРЬЕВНЫ. С 5 декабря начало действовать эмбарго на поставки в страны Европы российской нефти, за исключением той, что идет по трубопроводу «Дружба» к странам, не имеющим выхода к морю. С этой же даты в рамках европейских санкций установлен потолок цен на российскую нефть — 60 долларов за баррель. Санкции предполагают, что при цене, которая превысит эту отметку, танкеры с российской нефтью не должны страховаться и обслуживаться никакими мировыми компаниями, если они не хотят нарваться на вторичные санкции.Еврокомиссия, установившая потолок, обещает регулярно пересматривать его в зависимости от конъюнктуры на рынке и от эффективности санкций. Ближайшая переоценка запланирована на январь. Как это повлияет на положение России как энергетической державы и что будет с ценами на бензин на внутреннем рынке — объясняет нефтегазовый аналитик, партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин. 

Михаил Крутихин. Фото из открытых источников / Livejournal— Потолок цен на российскую нефть уже действует, а ничего особенного на рынке с его вступлением в силу не произошло. А что должно было произойти?— Ничего произойти и не должно было, потому что цены на нефть Brent на мировом рынке шли не вверх, а вниз. Они снизились на 2,5%, несмотря на обещания президента России, утверждавшего, что введение потолка на российскую нефть приведет к жуткому взлету, что мир погрузится в экономическую катастрофу. Этого не произошло.— Может быть, это еще впереди? Цены ведь обычно играют немножко вперед, и введение этого потолка должно было сработать, когда мера только готовилась?— Дело не в этом, а в том, что главная мера, которая вступила в силу 5 декабря, это эмбарго на импорт российской нефти теми странами, которые в прошлом году взяли на себя примерно 51% всего российского экспорта нефти, это 118 миллионов тонн за прошлый год. И вот эти примерно 118 миллионов тонн в год, которые уже не купят те страны, России надо куда-то пристроить. Но возможности России в этом очень ограничены, покупателей на такой объем не видно, и на Западе возникли подозрения, что может возникнуть дефицит нефти. А значит, надо позволить покупать российскую нефть тем, кто не примкнул к эмбарго. Но покупать так, чтобы не слишком обогатился российский бюджет, из которого идут деньги на спецоперацию. Именно в этом и заключается идея потолка. При этом покупателей на уходящую с рынка российскую нефть не так уж и много.— А что, в мире производится так много нефти, что можно безболезненно убрать с него 118 миллионов тонн в год? Россия же была одной из основных нефтедобывающих стран.— Тот объем нефти, который получали европейские страны, — это два с чем-то миллиона баррелей в сутки, если пересчитать так. И вот они от этого отказались. Какое-то количество Россия может пристроить, увеличив возможные поставки в Индию, ненамного, но увеличатся поставки в Турцию. Китай, скорее всего, импорт российской нефти не увеличит, этого не позволяет транспортная инфраструктура. Ну, может быть, какие-то танкеры из Балтики и из Черного моря все-таки пойдут в Китай, но они погоды не сделают. С учетом этого как минимум 1,5 миллиона баррелей нефти в сутки России пристроить не удается. А в мире сейчас существует профицит нефти. И навес предложения над спросом оценивается как раз примерно в 1,5 миллиона баррелей в сутки. То есть исчезновение российской нефти на общий баланс спроса и предложения в мире никак не влияет. Перераспределятся потоки нефти — и всё.Мало того: есть ведь еще страны ОПЕК, у которых очень хороший запас для оперативного увеличения добычи. Если вдруг рынок разбалансируется и начнет вести себя ненормально, то одна только Саудовская Аравия способна за короткий срок увеличить добычу на 1,5 миллиона баррелей в сутки, полностью компенсировав исчезновение России с рынка. Поэтому никто особо не тревожится.Вдобавок Китай, самый большой потребитель энергии, по разным своим внутриэкономическим и социальным причинам замедляется. А значит, рынок уже менее насыщен. Так что никаких опасений, что цены взлетят, нет.— Откуда взялся профицит нефти, о котором вы говорите? Разве страны ОПЕК не регулировали это, сокращая добычу, чтобы не падали цены?— Страны ОПЕК не делают это в постоянном режиме. В октябре они договорились, что уменьшат общую квоту, которая у них была исходной, на 2 миллиона баррелей. То есть решили вести отсчет от другого объема. У них есть на каждый месяц квота на добычу, и мы видим, что квоту эту они не выполняют. Потому что нефти достаточно. То есть они добывают то количество нефти, на которое есть спрос, но не сверх того. И Россия свою квоту не выбирает, но по другим причинам: потому, что закупки снижаются — приходится снижать и добычу.— Почему тогда цены сохраняются на довольно высоком уровне, а не падают? Помните, был момент, когда, несмотря на эти действия ОПЕК, они падали до минусовых значений?— Потому что в ОПЕК решили, что цены на уровне примерно 85 долларов за баррель, не выше ста, это комфортная величина и для производителей, и для покупателей, и если придерживаться этого коридора, то это будет в интересах практически всех экономик мира. Это регулируется оперативным вмешательством: поступлением нефти на рынок в нужных количествах и, наоборот, изъятием нефти с рынка.— Если Brent стоит 85 долларов за баррель, то для российской Urals это примерно на четверть дешевле, то есть где-то 65 долларов?— До введения эмбарго и потолка Urals и стоила примерно 65–66 долларов за баррель. Но отдельные партии российской нефти уходили из балтийского региона по 55–58. И были еще какие-то сделки с Индией и отдельными китайскими покупателями, в которых цены были в районе 50 с небольшим долларов.— То есть они и так ниже установленного потолка?— Совершенно верно. Поэтому, когда в России объявили, что не будут поставлять нефть тем странам, которые присоединились к европейским санкциям, это была просто глупость. Потому что как раз эти страны вообще отказались от получения российской нефти.— Еще очень интересное заявление сделал министр иностранных дел России Сергей Лавров…— Пожалуйста, избавьте меня от заявлений Лаврова.— Не избавлю, потому что оно интересное. Он сказал, что Россию этот потолок не интересует, мы, мол, со своими покупателями договариваемся сами, без ваших дурацких потолков. Но с какой стати эти покупатели будут брать российскую нефть дороже потолка?— Это очередная глупость. Но в расчете на это, по слухам, Россия через подставных лиц скупала какие-то старые танкеры по всему миру. Якобы для того, чтобы контрабандой продавать свою нефть по ценам выше потолка.— Не понимаю. Эти покупатели так и скажут, что весь мир пусть дешевле берет, а мы из любви к России заплатим побольше?— Ну смешно же. Во-первых, нет покупателей на такой объем. Во-вторых, действительно — кто же будет покупать дороже, когда можно купить дешевле.— Если предположить, что такие покупатели найдутся, всякое бывает, то как эти танкеры будут возить нефть? Кто будет их страховать, обслуживать в портах, заправлять, если все это запрещено санкциями?— Скорей всего, никто и не будет. Точнее, 95% нормальных страховых компаний уже присоединились к тому пулу, который диктует санкции.— А оставшиеся 5% — это кто?— Это, например, какой-нибудь «Росгосстрах». Или другие российские страховщики. Но китайцы уже объявили, что они российскую страховку не принимают. Судно должно быть застраховано теми уважаемыми компаниями, с которыми они согласны работать.— То есть китайцы так и будут покупать из России только ту нефть, которая идет к ним по трубам?— И увеличить закупки не смогут, потому что пропускная способность трубопроводов ограничена. Но какие-то отдельные грузы танкеров, не нашедшие нигде пристанища, они могут и купить. В Китае есть такие мелкие потребители нефти, для которых правительством установлены квоты на импорт.— Они могут пренебречь «неправильной» страховкой?— Как раз они и не хотят пренебрегать. Они прекратили все закупки в ожидании, когда установится потолок цен, чтобы не рисковать, а теперь будут старательно следить за тем, чтобы цена была не выше этого потолка. На китайских «нарушителей конвенции» рассчитывать не приходится.— Как в этой ситуации поведет себя ОПЕК?— Страны ОПЕК вообще не увидели причин для беспокойства. Накануне введения потолка они проводили совещание. И никто не поехал в Вену, всё обсуждали по видеосвязи. И пришли к выводу: как была у нас установлена схема в октябре, так и будем ее придерживаться, не отклоняясь. Россия в этом вообще не фигурирует. То есть с Россией в ОПЕК+ не считаются, потому что Россия лишена возможности оперативно увеличивать или сокращать добычу. Всё, нет на мировом нефтяном рынке такого игрока, как Россия, чтобы участвовать в манипуляциях потоками.— Есть ли у России в этой ситуации какой-то союзник, который мог бы прийти на помощь в случае необходимости?— Турция. Вот она с удовольствием купит больше нефти. Ненамного больше, но купит. Она и так покупает российскую нефть, но у нее есть и другие поставщики. А вот по дешевке немного нефти она еще прикупит. Но если российские танкеры будут лишены нормальной международной страховки, то их просто через Босфор не пропустят.— Для российского газа в Турции собираются строить хаб…— Это тоже глупость, которую Эрдоган поддержал только для того, чтобы добиться скидок на газ и отсрочек платежей.— Но могут ли они придумать похожую схему с нефтью, чтобы Россия поставляла нефть в Турцию, а оттуда уже Европа покупала ее как «безродную»?— А где взять мощности по переработке нефти? Азербайджанская компания SOCAR, она же ГНКАР, владеет частью нефтеперерабатывающих мощностей в Турции, но там практически все занято азербайджанской же нефтью и нефтью из других источников. Они отправляют на экспорт не так много, Турция потребляет много нефтепродуктов. Если даже образуется какая-то ниша для переработки российской нефти, она будет небольшой.— Отсюда — шкурный для российского автовладельца вопрос. У России будет много-много нефти, которую, по сути, некуда девать. Может быть, у нас бензин подешевеет?— Нет, конечно. Бензин дешевеет и дорожает не потому, что меняются объемы или цены на нефть. Цена бензина зависит от налоговой политики российского государства.— А налоги для нефтяных компаний, в частности — НДПИ, российское государство недавно повысило.— НДПИ — это само собой, он повышается постоянно. А сейчас в России введены новые правила по так называемому демпферу: акциз на нефть тоже будет теперь выше.— Правильно ли я поняла, что при избытке нефти у нас бензин еще и подорожает?— Именно так.— Нефти в стране море, импортеров станет меньше, но и российские потребители как минимум не станут ездить на машинах больше, а то и меньше будут. Куда Россия будет девать добываемую нефть?— Конечно, придется добычу сокращать. Сейчас правительство гордо объявило, что за 11 месяцев добыча нефти в России превысила на 2,3% показатели за такой же период прошлого года. Я посмотрел, посчитал. Все, конечно, не так. В прошлом году добыча была больше, чем в этом. То есть она уже падает, особенно в последние месяцы. За ноябрь она упала примерно на 13%.— Еще до вступления в силу эмбарго и потолка?— В начале года на экспорт шло много российской нефти, летом тоже много, но добыча начала падать, потому что уже покупатели начали отказываться от российской нефти. И придется российским нефтяным компаниям сворачивать добычу. В самих компаниях это прекрасно понимают.— Скважины придется консервировать?— У нас такая технологическая, погодная и геологическая ситуация, что консервировать скважины очень трудно, а в большинстве случаев и невозможно. Поэтому придется не только консервировать, но и ликвидировать скважины.— А если вдруг экспорт восстановится, то как тогда?— А он и не восстановится. За то время, пока с России снимут санкции, а вы не ожидайте, что это произойдет за пару десятилетий, мир уйдет далеко вперед, и столько нефти уже не будет требоваться. Без России прекрасно обойдутся.— Раньше вы говорили, что Россия перестала быть экспортером газа. Теперь сократится экспорт нефти. Значит ли это, что по результатам санкций Россия перестает быть великой энергетической державой?— Да, газовый экспорт убили. Теперь получается, что убили и нефтяной экспорт. 

Источник

Нажмите, чтобы оценить эту статью!
[Итого: 0 Средняя: 0]

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»